МАРК СЕМЕНОВИЧ ДОНСКОЙ

МАРК СЕМЕНОВИЧ ДОНСКОЙ

(1901-1981)

Советский режиссер, сценарист. Фильмы: «Детство Горького» (1938), «В людях» (1939), «Мои университеты» (1940), «Радуга» (1944), «Непокоренные» (1945), «Сельская учительница» (1947), «Дорогой ценой» (1958), «Фома Гордеев» (1959) идр.

Марк Семенович Донской родился 6 марта 1901 года в Одессе в бедной еврейской семье. «В детстве у меня было два увлечения: спорт и театр, — вспоминал режиссер. — Мы организовали «дикую» футбольную команду и «дикий» театр. В подвале, где жил мой товарищ (отец его был сапожником), мы устраивали воскресные спектакли».

Во время Гражданской войны Донской служил в Красной армии, десять месяцев провел в плену, не раз был на волосок от смерти. «Те десять месяцев были равны десяти годам», Щ писал много лет спустя Донской.

После победы советской власти он изучал психологию и психиатрию в Крымской медицинской школе. Но врачом не стал. В 1925 году Донской закончил правовое отделение факультета общественных наук Симферопольского университета. Параллельно работал в следственных органах, Верховном суде Украины, коллегии защитников. Марк написал книгу рассказов из своей жизни под названием «Заключенные» (1925). Книга имела успех, но Донской уже увлекся спортом: стрельбой, футболом, а потом и боксом.

Его путь в кино начался со сценария «Последний оплот» — из истории крымского подполья. Марк привез свой сценарий в Москву, и его сразу купили. Сценарий собирался ставить сам Всеволод Мейерхольд.

Донской шесть лет проработал на Ленинградской студии — сначала ассистентом режиссера и помощником по монтажу, затем снимая самостоятельно.

Мировую славу Донскому принесла трилогия о детстве и юности Максима Горького, поставленная по мотивам автобиографических произведений писателя: «Детство» (1938), «В людях» (1939) и «Мои университеты» (1940). Как писал один из критиков, «экранизируя горьковс-кие произведения, режиссер постигал искусство проникновения в сущность человеческих характеров, принципы искусства жизненной правды». С этим трудно не согласиться.

Итальянские неореалисты, открыв для себя эти произведения Донского, считали, что немало переняли у него — поэтизацию обыденной жизни, воспарение от бытописательства к высотам романтического восприятия действительности.

Внутрикадровый монтаж, глубинная мизансцена появляются у Донского одновременно с Ренуаром идо Уэллса. Режиссер «пишет камерой» и «становится равен романисту» Горькому.

Творчество Донского — это творчество, основанное на доверии к человеку. «Мы, — говорил режиссер, — умеем любить, потому что мы убеждены, что каждое человеческое существо содержит в своей душе много добра: нужно только уметь его открыть!»

За время войны он поставил четыре картины: «Как закалялась сталь» (1942, по H.A. Островскому), новеллу «Маяк» в «Боевом киносборнике» (1942), «Радуга» (1944, по повести В Василевской, премия Национального совета кинообозревателей в США, 1946) и «Непокоренные» (1945, по повести Б. Горбатова, премия на М КФ в Венеции, 1946).

Фильм «Радуга» — одна из вершин творчества Марка Донского. Героический образ простой украинской женщины-партизанки, а также выразительные образы ее односельчан, широта эпического дыхания придали фильму черты народной трагедии.

При создании картины Донскому очень помогли личные впечатления: он видел первые освобожденные от немцев селения Подмосковья, Разговаривал с людьми, которые были под оккупацией.

Донской — поэтичный художник. Жестокая действительность, отраженная в «Радуге», не помешала ему утверждать свои возвышенные Представления о человеке. Посмотрев фильм, президент США Рузвельт Прислал на имя режиссера телеграмму, в которой, в частности, говорилось: «...мы поняли картину и без перевода. Она будет показана американскому народу в подобающем ей величии...»

В 1947 годуДонской создал поэтический фильм «Сельскаяучитель-ница» с Верой Марецкой в главной роли. Раскрывая свой замысел, Донской писал: «Я хотел рассказать в этом фильме о человеческом достоинстве, о том, что жизнь прекрасна и слово «жить» означает «любить жизнь». Жить — это значит работать для счастья других».

После фильма «Алитет уходит в горы» (1950, по роману Семушки-на), в котором в полную силу раскрывает свой талант оператор-роман-тик Сергей Урусевский, Донской вновь обращается к творчеству Горького. Много лет он мечтал поставить фильм по роману «Мать». Шедевр, Всеволода Пудовкина, совершивший триумфальное шествие по экранам мира, ко многому обязывал. Но ему захотелось приблизить свою «Мать» к горьковскому подлиннику.

Центральную роль Ниловны Донской поручил бывшей «сельской учительнице», своему большому другу, актрисе Вере Марецкой.

Когда съемки картины подходили к концу, режиссер получил письмо из Лондона, в котором сообщалось, что на Эдинбургском кинофестивале трилогия о Максиме Горьком отмечена премией Ричарда Уин-нинггона.

В 1956 году ЮНЕСКО распространило каталог «28 великих режиссеров», в котором Марк Донской фигурировал рядом с основоположниками советского кино Эйзенштейном, Пудовкиным, Довженко.

После трилогии о Максиме Горьком и «Радуги» интерес к Донскому уже никогда не ослабевал. Когда же режиссер сам стал появляться на Западе, писали не только о его новых картинах, но и о странностях, характера этого небольшого роста мужчины с фигурой спортсмена,' слишком подвижного и слишком эмоционально непосредственного для человека, обремененного мировой известностью.

Филипп Одикэ делился наблюдениями: «Маленький, нервный, подвижный, Марк Донской краснеет и смеется, декламирует и протестует,А угрожающе потрясает пальцем, потом вдруг погружается в неожиданное!, молчание, глубоко непроницаемое, мрачное. Потом снова голос его поднимается до драматических нот, когда он говорит о Хиросиме, об атомной бомбе, о конце света, и в конце концов становится суровым и нежным, бормочет, рассказывая очередную историю, прибегая к тонкой жестикуляции, как бы воскрешая воспоминания. Марк Донской — это спектакль, он и сам также считает. «Я большой оркестр, — говорит он, Щ где есть и нежные скрипки и суровый контрабас».

Вместе с женой, сценаристкой Ириной, Донской пишет сценарий по мотивам рассказов Коцюбинского. Так родился фильм «Дорогой це-4 ной», получивший потом во Франции поэтическое название «Плачущая лошадь». В нем есть эпизод, где страшная, худая, но в прошлом, видно, прекрасная белая лошадь плачет, как человек: ее оскорбил удШ ром плети хозяин.

Героев этой картины называют украинскими Тристаном и Изольдой, потому что в ней рассказана трагическая история двух влюбленных, для которых нет счастья, нет жизни вне пределов родной земли.

В течение нескольких лет Донской вынашивал замысел фильма, эпиграфом к которому должны были стать слова Юлиуса Фучика: «Дети — это зеркало общества». Наконец он снимает «Здравствуйте, дети!» (1962). Название имело аллегорический подтекст. Все люди — дети земли, всем угрожает одно бедствие — атомная война. Фильму была присуждена Премия мира.

Донской представлял «Здравствуйте, дети!» в Японии. Выступал в университетах. В Хиросиме посетил больницу, в которой лечились от лучевой болезни: «Я был потрясен видом этих обреченных людей и как художник и как гражданин, и я дал себе слово — никогда не переставать бороться с угрозой атомной войны».

В 1960-х годах Марк Донской занимался созданием дилогии «Сердце матери» (1966) и «Верность матери» (1967), посвященной матери Ленина Марии Александровне. Эпиграфом режиссер взял слова Горького: «Восславим женщину-мать, чья любовь не знает преград. Люди — это всегда дети своих матерей. Без матери — нет ни поэта, ни героя».

Режиссер всю жизнь с огромным пиететом относился к творчеству Горького. И свой последний фильм «Супруги Орловы» (1978) он снял по ранним рассказам писателя.

6 марта 1980 года Марку Донскому исполнилось восемьдесят лет, а через две недели, 21 марта, его не стало.

Четырежды режиссер был награжден Государственной премией СССР. В день семидесятилетия Марку Донскому было присвоено звание Героя Социалистического Труда. Он получил эту награду первым среди советских кинематографистов. Любопытно, что в это же время на Западе он оказался включенным в списки лучших режиссеров в истории кино. Кто-то из французских критиков назвал Донского классиком. Другие потом повторяли это определение как само собой разумеющееся...